О проекте “Русский бунт”.

В 1999 году я разработал проект “РУССКИЙ БУНТ”. С 1999 по 2006 год в русле теоретического развития проекта было написано более 20 сценариев. Здесь я помещаю один из них – самый легкоизлагаемый и самый компромиссный с внешним миром.

Другие сценарии:

“Примадонна”,
“Гхлауное – шоб ЛюдЯм!”,
“Бухгалтерская кутерьма”,
“Дерьмо, пока молодой!”,
“За счастье людское!”,
“Предай себя сам!”,
“Новое казачество”
и другие…

 

Димарг Узольцефф

Димарг Узольцефф
Проект “Русский Бунт”

Сценка № 11

Название: “Секс”.

Время показа – 10 минут.

Примечание: идиотское нерусское словцо “секс” во всех случаях произносится исключительно мягко, со звуком “е”, а не “э” и растянуто, похоже на “се-екис”. Пик и гвоздь сценки, объясняющие суть такого явления как секс – рэповая песенка “Орось полей”. Она должна быть очень серьёзно спета, без хиханек и хаханек.

Темно. Тишина. В тишине идиотским голосом вопрос: “Что же такое секс?”.

Издалека начинается музыка “Слышу звон бубенцов издалёка”.

Светлеет. В глубине сцены – железная кровать с постельным бельём. На ней сидит русский дед с бородой в русской одежде, сапогах. Рядом – табурет, на нём – перевёрнутая книга, бутылка водки, гранёный стакан, малосольные огурцы. Дед наливает, выпивает, закусывает. Сам по себе, не для зрителей.

Слева в глубине сцены – дверной проём.

Заканчивается “Слышу звон…” (длится 10-15 секунд), начинается песня “Вонючий секс”. Поётся звонко, радостно, идиотично, звонкими девчачьими голосами:

Вонючий секс

Секс, секс, секс,
Секс, вонючий секс!
Секс, секс, секс,
Секс, вонючий секс!
Секс каков? О, секс вонюч!
Секс каков? О, секс кундрюч!
Секс, секс, секс – это наше всё.
Секс, секс, секс – это парасё!
Се-е-екс, вонючий се-е-екс!..

Из дверного проёма выходят парни с девушками, 3 пары. Каждый из них в лёгкой маске от бровей до верхней губы. Все с уродливыми российскими флажками во всех руках (12 флажков) и под песню двигаются по кругу, пьяно приплясывая с высунутыми языками. Все одеты в джинсы, майки, кроссовки. Все обмотаны туалетной бумагой. По сути это – бесы.

Песня усиливается и ужесточается. Молодёжь дрыгается всё сильней и сильней, припадочно.

Вдруг песня утихомиривается и после куска “техно-рэйва” громко звучит (детский голосок): “Я – вонючий мальчик! Я – вонючий мальчик!”, а потом женским голосом в сопровождении пианино: “И-ди-от-ка! И-ди-от-ка! И-ди-от-ка!”. И так несколько раз по нарастающей. (Это есть точно та же фраза, что постоянно звучала по какому-то радио несколько лет назад, только чуть переделанная…)

Наконец, и песня и молодёжь доходят до исступления. Музыка – “техно”. Фраза “Я – вонючий мальчик!” зверски выкрикивается, молодёжь дрыгается и орёт вверх, вертикально мотая туловище, будто у всех – рвота. Хватаются за головы, за животы. Все молодые грудными голосами выкрикивают: “Припадошъ-ные-е-е!!! Припадошъ-ные-е-е!!!”.

Дед живёт в своём мире, не обращает ни на кого внимания, сначала пьёт, потом сворачивается калачиком и засыпает.

От толпы отделяется один дебил. Начинает “петь” песню “Орось полей”, в стиле “рэп”:

Орось полей

Девушка, девушка, давайте, встретимся!
Срочно, срочно, давайте, скорей!
Срочно, давайте, скорее же, девушка!
Иначе! начну я! орось! полей!

Я орось, полей, начну беспощадную!
Я, девушка, - это. Я – как его там.
Полям я сказал, чтоб пощады не ждали мне.
Но так, чтобы липко. Не было! Вам!

Срочно же, срочно же, срочно, давайте!
Девушка, срочно, давайте, скорей!
Что там за орось полей – вы же знаете!
Поэтому, девушка, - срочно, скорей!

Срочно же, девушка! дура! болотная!
Дура, скорее, давай же, скорей!
Ты ж создана только для секса животного,
Срочно-шмамочно иль орось полей!

Дура проклятая, тварь подколодная!
Обрекшая нас на орось! полей!
Кусок! идиотки! куколка! модная!
Ни зноя, ни вьюги! нету! в тебе!

Вас всех разрывать, тупорылых, в клочья!
Вас всех ножами и вилами – режь!
В безумии склочьем и заволочьем
Бей их, убивай, поджаривай, ешь!

убивай, поджаривай, ешь!
убивай, поджаривай, ешь!
убивай, поджаривай, ешь!

Песня начинается задушевно-искренне, страдальчески, будто опечаленного придурка очередная незрелая дурочка бросила, а заканчивается отрывисто, хрипло, жёстко, лающе. Дебил дёргается и дрыгается (”rock-n-roll“). Молодёжь во время песни истязает себя, девушки падают на колени, дают себе пощёчины и вскрикивают, вытаскивают из карманов колготки и пытаются ими себя душить.

Дебил произносит последнее, оправдываясь и почти плача: “Я сам за сексы-колбасексы и за вонючее дерьмо!..”, рыдает.

После этой песни всевозрастающе врубается другая песня:

Только для тебя-а-а – дерь-мо!
Только для тебя-а-а – о-но!
Только для тебя, дурочка моя,
Только для тебя-а-а!..

Молодёжь рвёт на себе волосы, душит себя, обезумев, вопит разными бесовскими голосами, в основном, полурыдая, хрипло, низко растягивая фразы “мы свободны” и “всех ненавижу”… (В идеологическом смысле это совершенно тождественные фразы.) Это пик и звука и действия на сцене.

Резко тухнет свет и молодёжь разбегается. Вырубается звук. Тьма и тишь.

Еле-еле включается тусклый свет. Молодёжи нет, дед спит. Переворачивается на другой бок. Вдали звучит музыка: “Слышу звон бубенцов издалёка”, примерно 20 секунд.

Тишина. Темнота. Голос за кадром: “Вот, что такое се-е-екс!”.

Занавес.